Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
 
Когда он погиб, мы ходили в начальные классы школы. Мы ничего не знали ни онем, ни о его мире. Но и позднее, взрослея, мы не "тащились" от "КИНО". Песни Цоя проходили сквозь нас, не задевая. Мы приехали в Питер как две дурочки - присать о кумире прошлых лет. Кумире чего-то несуществующего. И прихватили для этой цели справочник по советскому рок-н-роллу.
Нам было очень стыдно: И больше. За четырнадцать дней беспробудного рок-н-ролла - встреч, откровений, музыки - мы с удивлением обнаружили, что эти люди - глубокие старики по нашим меркам - поживее нас будут. Живее и интереснее. Временами нам казалось, что мы попали даже не в Питер, а в Ленинград 80-х годов. Нам казалось, что мы здесь родились и выросли, и в конце концов мы поняли, как появился рок-н-ролл. Здесь чувствуется любая фальшь и любой обман. И если эти люди принимают тебя, ты становишься среди них равным. В противном случае могут честно и откровенно послать на : Нам повезло - мы не были посланы.
Марианна
:Кухня в квартире Марианны Цой. На столе - сухое вино, пепельница и крыжовник, который Марианна привезла с дачи. Рикошет - нынешний Марианин муж - разливает вино.
- Десять лет я рассказываю о том, как мы познакомились с Цоем! - громогласно жалуется Марианна. - Это можно тронуться умом. Да как это было? Как люди знакомятся? Ничего в этом не было рокового. Просто пришли и познакомились. Вот и все. На дне рождения приятеля. Можно подумать, что гремел гром и летали какие-нибудь: птеродактили: Нет, не было ничего такого.
Марианна - "седьмое поколение петербуржцев". Но когда мы переступили порог квартиры, показалось, что мы вернулись в Москву. Так странно: в Питере квартиры маленькие-маленькие, а тут - хоть в футбол играй. Хотя, наверное, если бы мы ей об этом сказали, она б нас убила - Москву она не очень-то жалует. Марианна - открытая, словно книга и прямая как железная дорога от Питера до Москвы. Свое красивое, но достаточно редкое имя объясняет очень просто: "Я так полагаю, мама понимала, что я никогда не буду среднего роста: папа - два с лишним, да и ее тоже маленькой не назовешь". А на вопрос, почему группа называлась "КИНО", она отвечает: "Ни почему!". И добавляет: "Это не мой ответ, это ответ Цоя".
- Марианна была первой девушкой, с которой Витя меня познакомил, - вспоминает мама Цоя. - Тогда я поняла, что мой сын вырос.
Мы с мужем были во дворе. Роберт ковырялся с машиной, а я сидела на лавочке. Вдруг вижу - через двор идет Витя с девушкой. Подошли. Поздоровались. Сели.
- Мама, это Марианна. Мама, ты знаешь, мы с Марианной решили вместе жить. Если у нас получится, то мы поженимся.
Я поняла, что что-то нужно сказать, но только что именно?
- Роберт Максимович! - позвала я. - Роберт Максимович, иди сюда!
Он подошел.
- Роберт Максимович, наш сын вырос! - Марианне тогда было 23 года, Виктору -19.
Они поженились лишь через три года.
- У тебя было белое платье?
- У меня был такой костюмчик: белый пиджачок и светленькая юбочка в полоску.
Через год у них родился сын.
- Вы назвали его Сашей - в чью-то честь?
- Да нет. Просто имя нравилось. А ты попробуй придумай подходящее имя к фамилии Цой! Виктор Викторович? Я этого не понимаю Цой думал месяца полтора. Ребенок назывался Жучком все это время. Как-то вечером, он мне сказал: "Послушай, а может быть - Тимур?". Тут я не вышла из себя и сказала: "Если ты сейчас не согласаешься на Александра, завтра я иду в ЗАГС и регистрирую его Христофором. Вот после этого ты можешь меня убивать". Он сказал: "Хорошо". Так сын стал Александром.
Время есть, а денег нет
Символом ленинградского рок-н-ролла 80-х годов была бедность, граничащая с нищетой. А проводить время весело хотелось всем. На этот случай у музыкантов имелся Сергей Фирсов (проводник в поезде Ленинград - Симферополь и по совместительству кочегар в знаменитой котельной "Камчатка"). Вот что рассказала Марианна о "каникулах", которые им "устроил" Фирс каким-то летом начала 80-х:
- Он нас четверых (Густава, Вовку Балычевского, Цоя и меня) "зайцами" на юг. Сначала мы устроились в Коктебеле, а потом, поддавшись уговорам Густава, перебрались в Гурзуф. Фирс пообещал забрать нас со следующим рейсом. Проходит десять дней. Потом еще десять. От Фирсова ни слуху ни духу.
Деньги, которых было итак немного, давно закончились. Вовка Балычевский с Цоем каждый день ныряли в море за выброшенными бутылками. Приемщик посуды в скором времени возненавидел нас: к нашим бутылкам нельзя было придраться и не принять их. Они были такими чистенькими - в воде-то. Вот мы бутылочки сдадим - и в столовку. Густав меня научил красть тефтели. Цой отвлекал буфетчитцу, я складывала тефтели в панамку. Под конец панама была жирная - ужас! Последняя мелочь, которую выскребли из карманов, была потрачена на телеграммы родителям и друзьям: "Вышлите денег!" или "Заберите нас отсюда!". Мы с Витькой не слали, потому что его родителей в это время не было в городе, а у моих не было денег - в общем, оказались в совершенно дурацкой ситуации. Похавать в столовке тогда стоило копеек 35. А пустая бутылка стоила 12 копеек. Стакан молодого вина - 7 копеек.
В конце концов мы приехали на вокзал в Симферополь и совершенно случайно встретили знакомых проводников, которые нас оттуда вывезли также "зайцами". А Фирсов, скотина, оправдывался тем, что якобы заболел гриппом.
Когда мы задали Марианне вопрос о друзьях, она ответила просто:
- Было очень много людей, которые называли себя друзьями Цоя. У Цоя не было друзей. Была и есть бесконечная тусня, внутри которой мы все еще живем. Слишком много людей называли его своим другом, и лишь немногих - он сам.
- Цой умел дружить?
- А что есть уметь дружить? Это акт некоего самопожертвования, собственно, как и уметь любить. Цой не делал никаких усилий по отношению к окружающим его людям. Он просто с ними общался, да и то когда ему хотелось.
Волковское кладбище. Могила Майка Науменко. На скамейке сидит Игорь Покровский по прозвищу Пиночет.
- С Цоем мы познакомились в 77-м году у Андрея Панова (играл с Цоем в группе "Автоматические удовлетворители"). Сам себя он окрестил почему-то Свином. Мы не возражали.
Как-то зашел я к Свину, а у него сидел какой-то парень. Обыкновенный. Восточной внешности. В ту пору мы представлялись кличками: Свин, Рыба, Пиночет. А Витька протянул руку и представился: "Цой". Я решил, что это такое прозвище.
Мы жили недалеко от метро "Парк Победы" и тусовались дома у Свина. А потом мы сдружились как-то втроем: Витька, Леша Рыбин и я.
Покупали трехлитровую банку пива, копченую рыбу и зависали то у меня дома, то у него. А иногда вместо пива покупали трехлитровую банку томатного сока, соленую рыбу и булку - и получали не меньшее удовольствие. Часами слушали музыку - T. Rex, XTC или Tom Robertson Band - и мечтали-мечтали-мечтали. Обо всем на свете. Например, о том, как было бы здорово, если бы в нашей стране модно было выступать на стадионе. Кстати, тогда мы думали не о том, что стадионные концерты будут когда-нибудь и у нас, а жалели о том, что такого у нас никогда не будет.
А в 80-м году мы познакомились с Майком Науменко. Как-то у Свина дома записали пленку и решили отвезти ее в Москву, показать кому-нибудь. Решили добраться до Артем Троицкого. Майк дал нам его адрес, напутствие и сказал, чтобы мы сказали Артему, что мы от Майка. Кстати, первая Витькина песня была написана практически сразу после знакомства с Майком. Убей Бог, не помню ни одного слова.
- Какое впечатление Цой производил?
- Он был очень открытым. Но далеко не всех впускал в свой мир.
- Слава и деньги сильно изменили его?
- Да, Витя очень сильно изменился. У него появился гонор, тщеславие. Я однажды ему это высказал, а он обиделся. И мы перестали общаться.
Он сам мне позвонил и попросил прощения. Тогда я узнал, что они с Марианной расстались.
Сколько раз нам говорили, чтобы мы не задавали этот вопрос. Предупреждали, что Марианна не будет на него отвечать - ненавидит. Пугали, что сразу же выставит нас за дверь. Но:
- Марианна, почему вы расстались?
Ответ ровным, недрогнувшим голосом:
- Потому, что он влюбился.
- В Наташу Разлогову? Ты с ней знакома?
- Конечно. Цой нас познакомил совершенно официально в 89-м году. Он даже закатил банкет в ресторане по этому поводу. Ничего ужаснее в своей жизни я не испытывала, чем банкет по поводу знакомства.
Я, конечно, поорала, чтоб пар-то выпустить. Но мы продолжали общаться.
- Он дарил тебе дорогие подарки?
- Дело в том, что период нашей совместной жизни с Цоем основывался на дикой бедности и нищете. Он вырезал для меня подарки из дерева. Кстати, у него никогда не возникало проблемы, что подарить кому-то на день рождения - пепельницы, нэцке. Мне он резал украшения. А когда расстались, наши отношения перешли в ранг - как бы это сказать? Ну, не алиментов: это слишком пошло, - в ранг определенных бесконечных сумм, которые он отпускал на Сашино воспитание. Я ни на что не претендовала. Но он привозил мне подарки. И это были дорогие вещи.
- Говорят, вы с Наташей абсолютные антиподы.
- Абсолютные. Насколько я не владею собой, настолько она собой владеет.
Я - это бочка с порохом. Она - абсолютная скала.
Начальник Камчатки
Подвальчик в доме ? 29 по Зверинской улице. Земля во дворе черная от угля, хотя его самого здесь нет давно. Все стены в надписях типа "Смерть стоит того, чтобы жить:"
В 1984 году музыканты "КИНО" записали на студии Андрея Тропилло очередной альбом. Он назывался "Начальник Камчатки". А через пару лет Цой поступил в кочегарку, где появился начальник смены - Толик Соколков. Рабочие его так и звали - Начальник. И однажды кто-то из кочегаров - то ли Цой, то ли Башлачев - в шутку сказал: "Начальник Камчатки". Все рассмеялись. Так Толик стал Начальником Камчатки, а кочегарка, соответственно, - Камчаткой.
Сейчас Анатолию Ивановичу Соколкову 47 лет. "Камчатку" - котельную закрыли 28 декабря 1999 года. А он так и остался Начальником. Начальником Камчатки. Городские власти решили подарить Соколкову помещение котельной - крошечный подвал с тремя топками и закутком для кочегаров, где, кроме махонького диванчика, столика и пары стульев, не помещается ничего и где все стены обклеены фотографиями и вырезками из газет. На фотографиях и газетных страницах - знакомые лица. Не только камчатские кочегары - Башлачев, Цой, Задерий, Котельников, - но и их друзья: Олег Гаркуша из "Аукцыона", Сергей Фирсов - проводник и кочегар; Майк Науменко, вырезанный с обложки какого-то журнала, и лист бумаги, на котором написано синим фломастером: "Знает БГ, что "Б", а что "Г". А потом шариковой ручкой приписка: "Знает БГ, что он "Б", что он "Г", вот и не спит БГ".
"Фольклор рождается в котельных" - девиз "Камчатки". Еще девиз: "Пришла - раздевайся, пришел - наливай!"
После гибели Цоя фанаты в течение двух лет растаскивали уголь со двора котельной, красили его в красный цвет и ставили дома на видное место. Некоторые носили с собой как оберег. Говорят, кто-то из кочегаров "Камчатки" еще несколько лет продавал поклонникам ботинки Цоя, которые на самом деле собирал по окрестным помойкам. Кому-то за бутылку впарили "кеды Цоя", один из которых был 41-го размера, а другой - 43-го.
Было ли в Цое что-то исключительное?
- Ничего не было, абсолютно. Цой был парнем, каких миллионы, - этот ответ мы слышали от всех - Марианны, Пиночета, рыбы, панкера, Андрея Тропилло и еще полутора десятка друзей-знакомых.
Он пил, курил и ругался матом. Он писал песни, ставшие популярными. Но в этом нет ничего сверхъестественного. Не был он ни пророком, ни учителем, ни божеством - обычным нормальным человеком. Добрым, злым и равнодушным, в зависимости от обстоятельств. И именно поэтому его песни понятны и доступны каждому.
Он мечтал собирать стадионы. Он мечтал, чтобы его песни послушали миллионы.
Пиночет на Волковском кладбище
- За несколько дней до Витиной гибели я случайно оказался в Риге. У "КИНО" был концерт. Я пришел к Витьке в гримерку. Мы поговорили буквально 10 минут перед самым концертом.
Он спросил, как у меня дела, я ответил, что вроде все в порядке.
- А у тебя как? Все хорошо, наверное?
В ответ он наклонился к моему уху и тихо сказал:
- Знал бы ты, как мне все это надоело!
Я не думал тогда, что это наша последняя встреча.


Виктор Цой погиб ранним утром 15 августа 1990 года в автомобильной катастрофе под Ригой. По официальной версии, он заснул за рулем. Похоронен в Санкт-Петербурге на Богословском кладбище.

Ольга ДЕМИДОВА, Ирина БОБРОВА, "Московский Комсомолец" ? 17-24/8/2000.