Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
 
Память
-------------

Она помнила. Все, что случилось, и , может быть ,пыталась ненавидеть это .Она говорила себе ,что она это ненавидит ,но на самом деле:ей было теперь все равно. Ведь в душе не осталось к кому-то любви, но не осталось и ненависти ,просто холодная, заполонившая собой все пустота. И теперь она сидела за столом при мягком свете лампы ,и видела ,как в соседних окнах отражается её рука, движение пальцев:И вдали видны серые глыбы дворовых домов, покосившиеся многоэтажки, в сумраке. Она знала, что в них никого нет. И снова и снова вспоминала:.как он пел? 'Всем, кто ложится спать, спокойного сна':И что он пел о её жизни, о той ,которая когда-то была близка и ему:Но теперь она не хотела об этом думать. Его больше нет. Можно это назвать началом конца:.или концом начала. Но ей теперь было все равно. Просто одно слово, которое изменило её жизнь:Она загоняла его в самый дальний уголок сознания, самую крошечную точку ,что пряталась где-то в её мозгу: 'Город стреляет в ночь дробью огней:.'Это были слова его песни. Единственное, что заставляло её жить:Но теперь этого нет. Она вздрогнула от резкого звука сломавшейся ножки стула, и медленно, словно во сне, полетела к полу.

Она лежала минут пять, широко открыв глаза и чувствуя покалывание в щеке, ободранной о шершавую поверхность ковра .Его мягкость и теплота казались ей серым льдом. Рассеянный свет лампы серым дымом таял в пространстве, в дальних углах комнаты ,где пряталась злая темнота:И она неожиданно вспомнила, как он любил ночь. Эти звезды:Луну:.Открытые шторы. Она вспоминала его силуэт, когда он стоял на балконе и курил, его высокую фигуру, крошечный оранжевый огонек на кончике его сигареты:Эти темные волосы, которые нельзя было назвать ни длинными, ни короткими, живые глаза, поражающие темнотой искр, теперь всего лишь блестящих точек:.

Но опять и опять приходила эта мысль: 'Его больше нет:'Она вдруг почувствовала наконец-то проясняющуюся боль в боку. Рассеянно проведя по нему пальцами, она поднесла их к свету ,к теплу и неожиданно увидела заалевшую в отблесках густо-красную жидкость:Наверно она ,падая, поцарапалась об угол стола:.Ей было неинтересно об этом думать, вернее, она не могла об этом думать:

Она вышла на балкон, где все было по-прежнему. Пепел в пепельнице, забытый листок с недописанной песней:И она посмотрела сквозь это ясное и прозрачное стекло, утром недавно еще бывшее мутным,

и как метеор пришла догадка: 'Утро никогда теперь не наступит. Никогда:.В домах никого нет .И на планете больше никого нет:' И чем дольше она смотрела в это зеркало домов ,тем больше ей казалось, что она сходит с ума:и находит выход. Она распахнула створку окна, и в лицо ринулся ветер ,забираясь в самые уголки балкона и трепля её короткие, не успевшие пока отрасти, волосы. С силой оттолкнувшись от узкого подоконника, она услышала стук хлопнувшей створки и звон разбившегося стекла.

Она очнулась, но не знала, когда, по-прежнему было так же темно. Она лежала на серой корке асфальта, в осколках разбившегося стекла: 'Я:здесь? Но почему?':Свет от фонаря бил ей в лицо, а на часах:.На часах было семь утра. Наступил новый день:И та же самая догадка поразила её, как искра затухавшего костра. Он пел : 'Что-то проходит мимо, тебе становится не по себе:.Это был новый день, в нем тебя нет:.' Значит, он знал? Но откуда? Знал, что она окажется здесь? Что его когда-то не станет? И это что случится так скоро?

Становилось холодно, и усилием воли она подняла свое легкое, изрезанное каймой осколков тело, и встала. Мир казался невероятным с головокружительной высоты роста. Она провела ладонями по коленям, и та же алая жидкость, что некогда искрилась под светом лампы, была теперь просто коркой красновато-бурого цвета. Она вспомнила, как в тот день, называемый теперь вчера, мир, построенный ею из мелочей и событий, пошатнулся и рухнул. 'Если нет больше моего мира:Есть только этот, умирающая, обреченная на гибель в ночи планета:.То нужно что-то делать:Строить у меня нет сил:И :я не знаю, что со мной происходит, надо хоть в этом научиться себе признаваться:Нужно с кем-нибудь поговорить, с тем, кто знает, как жить здесь:' Сделав первый шаг, дальше идти было не так уж трудно, и она пошла по переулку, и вышла к другому двору.

Что-то блеснуло в темноте, резанув глаза острой болью. Перед ней, в песке, лежала гитара с оборванной струной. Она прикоснулась к знакомому гладкому корпусу, растерянно провела по струне:..Стекла витрин вокруг таинственно сверкали, а пальцы неожиданно нащупали на грифе вмятинку, такую же, как была на его гитаре:. 'Точно, это и есть она! Только что она здесь делает, и почему:' Она не успела закончить, как из темноты появилась чья-то фигура, и это была:она сама! Она смотрела на знакомые черты лица, которые видела каждый день в зеркале, и понимала, что что-то здесь не так:А девушка ,так похожая на нее, произнесла: 'Да:Ты права:Это ОНА! Действительно она!'

Она удивленно смотрела на появившуюся из темноты гостью, и любопытство постепенно вытесняло отчаяние. 'Кто ты?'- неуверенно спросила она. 'Ты:я:Ты ведь это я:То есть:Мы похожи:'. 'Да, мы с тобой похожи, и даже ты права, что я -это ты:',проговорила та, другая, 'Я знаю, ты любишь его, да? Нет, ты его не любишь. Ты просто жалеешь себя, как и мы все. Ты просто придумала это. Ты вспоминаешь его, его песни: 'И кому умирать молодым:'

Она больше не могла слушать эту девушку, появившуюся из ниоткуда. Боль, которую она старалась забыть, заглушить, задавить в себе, вспыхнула с новой силой. Она хотела отрицать эти жестокие слова, она знала, что все не так:Но израненые руки, слабо державшиеся за гриф гитары, вдруг судорожно сжались:Она полетела на песок, ударилась об поверхность и почувствовала, как тают в глазах искры, зажженные им, как мир вокруг завертелся, пугая темнотой и неизвестностью, и стало вдруг темно:.В сознании отпечатался лишь рукав той, другой, на котором черным иероглифом темнела группа крови: